Первый замминистра экономики Юрий Чеботарь с позитивом рассказал о ситуации в экономике. Чиновник ограничился только теми показателями, которые можно интерпретировать как успех, проигнорировав неудобные изменения. Из представленной позитивной картины складывается ощущение, что в белорусской экономике дела идут неплохо. Но тогда возникает логичный для населения вопрос: если в экономике все хорошо, почему у людей падают доходы?
Минэкономики: Удается поддерживать макроэкономическую и финансовую стабильность
В Минэкономики констатируют, что в белорусской экономике, вопреки воздействию ряда неблагоприятных факторов, удается поддерживать макроэкономическую и финансовую стабильность. Представитель ведомства акцентировал внимание на росте внешнеторгового сальдо, обратил внимание на то, что 80% потерь экспорта на рынках ЕС и Украины удалось компенсировать ростом на других рынках. По словам Юрия Чеботаря, улучшилось финансовое состояние компаний: растут и рентабельность, и чистая прибыль. Количество убыточных организаций и уровень долговой нагрузки, по его словам, опустились на минимальные значения за последние семь лет.
— Инфляция замедляется в годовом выражении уже третий месяц подряд. Цены на большинство непродовольственных товаров либо не изменились, либо снизились. В среднем — на 1,6%, — заявил Юрий Чеботарь.
Министерство стало все чаще характеризовать ситуацию в экономике с оптимизмом, несмотря на падение ВВП, реальных и даже номинальных зарплат, сокращения как импорта, так и экспорта, а также высокую инфляцию. В сентябре, когда снижение ВВП стало замедляться, Александр Червяков говорил, что экономика вышла на траекторию восстановительного роста. Его заместитель Дмитрий Ярошевич в августе рассказывал о росте средней зарплаты на 14,2%, умолчав, что инфляция за этот же период была выше 18% и «съела» этот самый рост.
В последнее время чиновники рассказывают об амбициозных планах на следующий год, обходя стороной неисполнение прогнозных показателей на этот, например, инфляции не выше 6% и роста ВВП не менее чем на 2%.
Экономист: Успехи или не успехи — в глазах смотрящего
Можно ли считать ситуацию в белорусской экономике хорошей, зависит от нескольких факторов. С одной стороны, с учетом влияния войны в Украине, введенных против нашей страны санкций и других последствий как соучастия в военной агрессии России, так и внутренней ситуации в стране, последствия не такие катастрофические, какими могли быть. С другой стороны, Беларусь все же переживает рецессию.
— Успехи или не успехи — в глазах смотрящего. Например, Юрий Чеботарь говорит, что увеличение торговли с Россией компенсировало 80% потерь экспорта в страны ЕС и Украины. Это хорошая новость. А можно ее читать как то, что 20% потерь экспорта не компенсировали. А падение было довольно большим, — говорит старший научный сотрудник BEROC (Киев) Лев Львовский и добавляет. — В действительности в Беларуси происходит рецессия, все месяцы с начала войны у нас наблюдается падение ВВП к соответствующим периодам прошлого года. Падают реальные зарплаты, например, в октябре они были на 4,5% меньше, чем в октябре 2021 года. Но учитывая масштаб проблем, все не так плохо. Могло быть гораздо хуже, и многие ожидали, что так будет.
Экономист объясняет: будучи малой открытой экономикой, Беларусь зависит от внешней торговли, а отношение внешнеторгового оборота к ВВП составляет около 120% к ВВП. После начала войны Беларусь столкнулась с проблемами в торговле с двумя из трех крупнейших торговых партнеров — Украиной и Евросоюзом. Это огромный шок для экономики, но Беларусь проходит этот период не по самому плохому сценарию.
— У нас ВВП упал на 4,7%. Если вы исходите из того, что оно могло упасть на 10%, то это позитив, если из того, что экономики окружающих нас стран, которые непосредственно не участвуют в войне, растут на 1−2%, то это негатив, потому что мы растем хуже соседей и отстаем от них, — добавляет экономист.
Что касается роста торговли с Россией, это тоже можно воспринимать, как позитив с точки зрения частичной компенсации шока. Без этого рецессия была бы не 4,7%, а 6−8%. Соответственно, реальные зарплаты тоже упали бы гораздо сильнее, отмечает эксперт.
— С другой стороны, Россия — это, конечно, большая экономика, но в ближайшие десятилетия она будет стагнирующей. Россия находится под серьезными санкциями и никакого позитива там еще долго не будет. Этот значит, что мы связываем себя, во-первых, с одним рынком, кладем все яйца в одну корзину и у нас нет никакой диверсификации экспорта. Во-вторых, эта корзина стагнирующая, то есть она не будет расти. Это будет ухудшать наши перспективы роста. Условно говоря, если бы нашим главным торговым партнером была страна, которая растет на 5% в год, то наш экспорт тоже рос бы. Но в данном случае наш главный покупатель — Россия — богатеть не будет.
Что касается реальных зарплат, то, по словам Льва Львовского, при более серьезном падении экономики, они просели бы еще больше. Но даже снижение на 4,5% не означает, что они на столько упали у каждого работающего белоруса.
— У части людей зарплаты упали гораздо больше. Прежде всего речь идет о тех, кто работает, например, в моногородах, на предприятиях, которые попали под санкции. А у кого-то они не упали или могли даже вырасти.
Если весной сильно просели реальные зарплаты нефтяников — более чем на 30%, то сейчас у них ситуация улучшается. Но в это же время столкнулись с большим проседанием реальных заработков те, кто занят в секторе лесозаготовок и лесопереработки. Иными словами, ситуация с доходами по стране как в географическом разрезе, так и по отраслям, очень разная.