Беларусское МИД 14 августа публично позлорадствовало из-за введенного ЕС запрета на поставки в Беларусь секонд-хенда и пообещало, что их заменит отечественный легпром. Похоже, в ведомстве особо не анализировали, сколько такой продукции ввозится в нашу страну и о каких объемах торговли идет речь.
Кто и сколько поставлял бэушной одежды в Беларусь?
В 2022 году, по данным ресурса The Observatory of Economic Complexity (OEC), наша страна импортировала ношеной одежды и других бывших в употреблении изделий (международный товарный код 6309) на 54,8 млн долларов. Из них почти треть, а именно на 16,7 млн долларов, ввезли из Латвии, еще на 14,2 млн — из Литвы. Следом шли Нидерланды и Польша (почти 9 и 8,83 млн соответственно).
Но уже в прошлом и этом годах поставки такой продукции из некоторых стран выросли. Например, в первом полугодии 2024-го Польша продала в Беларусь бывших в употреблении одежды и товаров почти на 6,2 млн долларов. За весь 2023 год таких вещей в нашу страну поляки отправили на 11,9 млн долларов.
Латвия с начала этого года поставила этих же товаров в Беларусь на 6,8 млн евро, а за прошлый год — более чем на 21,6 млн.
Может ли «Беллегпром» заменить секонд-хенды?
В МИД намекнули, что у Беларуси не будет проблем с заменой таких товаров: «ЕС не учел другой аспект. Беларусский легпром предлагает сегодня широчайший ассортимент качественных товаров — на любой вкус и кошелек. Кроме того, импорт из дружественных стран тоже никто не отменял».
В 2022 году в Беларуси работало более 1500 секонд-хендов. Вряд ли отечественной легкой промышленности удастся заменить пропавшую из магазинов б/у одежду. Чтобы заменить такие объемы продукции, предприятиям легкой промышленности пришлось бы серьезно увеличить объемы производства. Но что еще более важно, это цены.
Чаще всего люди ходят в секонд-хенды не из-за приверженности принципам экологичности или в погоне за известными брендами (хотя и такие мотивы есть, но они далеко не первостепенные). Многих туда ведут цены. По этому показателю любая новая одежда будет уступать секонд-хендам, а в магазинах «Беллегпрома» порой цены вполне соотносятся с международным масс-маркетом.
Те беларусы, которые посещали такие магазины, потому что не могли себе позволить купить новые вещи, скорее всего, и не пойдут в беллегпромовские точки. Они могут переключиться на онлайн-барахолки, где продолжат покупать старые вещи по относительно невысоким ценам.
С другой стороны, председатель концерна Татьяна Лугина вскоре после начала действия запрета на поставки б/у вещей в Беларусь вполне может заявить о победе над конкурентами, с которыми чиновники борются много лет. Однако и среди небедных покупателей секонд-хендов явно далеко не все переключатся на отечественную одежду: в нашей стране работают магазины различных иностранных брендов. А правительство предусмотрительно легализовало параллельный импорт, который позволит продолжать поставки (пусть и в меньших объемах) в обход санкций.
Тем не менее часть покупателей действительно может начать чаще одеваться в магазинах беларусских производителей. Выходит, что увеличить продаваемость отечественного легпрома помогут не многолетние старания чиновников, а санкции ЕС.
