Встречаясь в четверг, 12 сентября, с представителями национальных меньшинств, Александр Лукашенко в очередной раз заявил о намерении Польши отобрать у нашей страны ее западные территории. При этом, по его же словам, «99% поляков понимают и поддерживают» его политику. Возможно ли при таком количестве лояльного к Лукашенко населения страны, чтобы ее правительство вынашивало планы по аннексии беларусских земель? Об этом «Зеркало» спросило у экспертов.
Выступая перед представителями разных национальностей, проживающих в Беларуси, Александр Лукашенко отдельное внимание уделил Польше. Кроме тезиса о том, что его политику поддерживают «99% поляков», Лукашенко также заявил, что она неагрессивна по отношению к этой стране.
— Ну, а нам что от поляков нужно? Нам ничего не нужно. Что нужно полякам от нас? Ну, понятно, надо опять Западную Беларусь, Западную Украину туда (в состав Польши. — Прим. ред.), — заявил Лукашенко.
«Эти идеи маргинальны даже среди маргиналов»
Может ли такая большая поддержка со стороны граждан Польши сочетаться со стремлением этой страны захватить часть Беларуси? Политический аналитик Артем Шрайбман считает, что Лукашенко сознательно манипулирует.
— Здесь очевидно желание демонизировать элиту соседней страны, даже вне зависимости от того, что там постоянно меняется власть, — уверен Шрайбман. — Если посмотреть на польскую политику, то заявления о необходимости возвращения Kresów Wschodnich («восточных рубежей», так в Речи Посполитой называли земли ВКЛ, а в межвоенной Польше — территории, отошедшие в 1939 году СССР и включенные в состав советских Беларуси, Украины и позже Литвы. — Прим. ред.) маргинальны даже среди польских маргиналов.
Артем Шрайбман также добавляет, что заявление о поддержке его политики Лукашенко подавляющим большинством поляков также укладывается в его традиционную логику о том, что в соседних с Беларусью странах к власти пришли элиты, не поддерживаемые населением.
— Этот тезис Лукашенко повторяет примерно каждый месяц, — уверен аналитик. — Именно с этой логикой он вводит постоянные безвизовые режимы и послабления по въезду для соседей, объясняя это тем, что простые поляки, литовцы или латвийцы как бы с ним, и им нравится ездить в Беларусь. А вот элиты у них от лукавого, посаженные Вашингтоном, они антинародные и ведут антинародную политику.
К слову, последний раз власть в Польше менялась в октябре 2023 года — на выборах победила коалиция находящихся в тот момент в оппозиции либеральных и левых партий. Никто из их представителей ни до, ни после победы не заявлял о территориальных претензиях к странам-соседкам.
«Удобный вариант для создания образа внешнего врага»
Политический аналитик информационного агентства «Позірк» Александр Класковский говорит, что в словах Лукашенко прослеживается явная логическая нестыковка.
— Сразу встает вопрос: а почему нормальные поляки выбирают такое антинародное, злобное, агрессивное правительство, ведь там же открытые демократические выборы? Лукашенко окончательно запутывается в своих тезисах и посылах в этой теме, — замечает Класковский. — Любой здравомыслящий человек легко видит эти нестыковки и понимает, что дело в другом, что из-за специфики режима и поведения беларусских властей так осложнились отношения с Польшей. Здесь и созданный Минском миграционный кризис на границе, и соучастие в агрессии против Украины, и политзаключенные, и принудительная посадка в Минске самолета Ryanair (формально принадлежащий Польше, из-за чего прокуратура страны заочно арестовала руководителей беларусской авиционной отрасли и офицера спецслужб. — Прим. ред.). Но Лукашенко не может говорить об этом открыто, и вот таким образом пытается переводить стрелки с больной головы на здоровую.
Артем Шрайбман добавляет, что для Лукашенко Польша является удобным вариантом, чтобы создать из этой страны образ внешнего врага Беларуси. Этому помогают исторические события: в период между двумя мировыми войнами часть беларусских земель была в составе Польши.
— На этом можно даже строить некий советский вариант беларусского национализма, говорить, что мы не хотим «ходить под панами», что наша свобода, она в этом, что мы сепарировались от Польши, — считает Шрайбман. — У каждого народа есть запрос на свою национальную идентичность, на в некотором смысле национализм. И любой политик хочет этот запрос эксплуатировать. Лукашенко не может стать полноценным беларусским националистом, но в вопросе Польши он может находить исторические подпорки под свою фобию. Рассказы о желании правящей верхушки соседней страны разделить Беларусь звучали бы абсолютно нелепо в отношении Литвы, Латвии или даже Украины. Потому что нет в истории никаких прецедентов разделения Беларуси в пользу этих стран. В отношении России он такое не может сказать вслух. Остается Польша, конечно.
