Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. «Белтелеком» ввел новшества для клиентов
  2. Лукашенко рассказал, в чем он преуспел, и заявил, что новый президент появится «задолго до того, как я уйду в мир иной»
  3. Экс-министр иностранных дел Украины оценил вероятность вступления Минска в войну на стороне России. Вот к каким выводам он пришел
  4. Для водителей в 2026 году ввели несколько изменений. Подборка новшеств, которые вы могли пропустить
  5. Женщину, тело которой нашли в Витебской области, могли убить
  6. Есть погибшие и раненые, были заложники. В Киеве мужчина открыл стрельбу на улице и пошел в супермаркет
  7. «Надо успеть, пока окно не закроется». Основатель EPAM рассказал трогательную историю своей семьи — минское гетто и эмиграция в 90-е


Силовики признали экстремистским формированием «группу граждан, объединенных посредством медиа-ресурсов „Хартия 97“». Такую информацию опубликовал 30 августа телеграм-канал, который связывают с ГУБОПиК.

Фото использовано в качестве иллюстрации. Фото: TUT.BY
Фотография использована в качестве иллюстрации. Фото: TUT.BY

Решение было принято Министерством внутренних дел. В приближенном к ГУБОПиК телеграм-канале уточняется, что такие меры против «Хартии 97» были приняты «за организацию и координацию массовых беспорядков в 2020 году».

По состоянию на 10.44 30 августа в официальных каналах МВД пока не публиковалась информация о признании «Хартии 97» экстремистским формированием. Нет «Хартии 97» и в перечне организаций, причастных к экстремистской деятельности, который размещается на сайте ведомства.

На сегодня список экстремистских формирований занимает 83 строки. Ранее в него попали независимые издания «БелаПАН», «Белсат», «Еўрарадыё», «Радыё Свабода», «KYKY», ЧИУП «Сородичи» газеты «Наша Ніва», ряд дворовых чатов, телеграм-групп протестной тематики, а также объединение силовиков BYPOL, инициатива «Рабочы Рух», ресурсы Nexta и другие организации.

Обвинение в «экстремизме» — один из самых распространенных методов репрессий в Беларуси, отмечали правозащитники.

— Антиэкстремистское законодательство всегда признавалось государством, особенно после 2020 года, как эффективный инструмент репрессий, — рассказывала ранее правовой аналитик Human Constanta Татьяна Зинякова. — По подборке той риторики, которой оперируют государственные органы, видно, что они воспринимают это законодательство как нечто, что помогает ставить на «мьют» некоторые голоса, которые говорят что-то некорректное [для власти]. Сами власти это называют наведением порядка в информационном поле, свободу слова они называют чем-то, что трансформировалось в экстремистскую деятельность. Поэтому это законодательство так активно стало использоваться в последнее время.