В феврале 2022 года Чернобыльская АЭС вновь оказалась в центре внимания всех мировых агентств — Россия через зону отчуждения из Беларуси вторглась в Украину, рассчитывая быстро перебросить свои войска к Киеву. Как известно, захватить украинскую столицу «за три дня» у российской армии не получилось. Сама Чернобыльская атомная станция, а также города Припять и Чернобыль оставались под российской оккупацией до 31 марта 2022 года.
В Чернобыле была организована комендатура, в которой находились до 500 российских военных. На станции российские войска устроили одну из своих баз.
— Главный их штаб находился на территории станции. Там было около 50 единиц техники, и около тысячи солдат охраняли внутри Чернобыльскую АЭС, — приводит издание NV слова главы Государственного агентства Украины по управлению зоной отчуждения Евгения Крамаренко.
С момента захвата на станции были блокированы 210 человек, это охранявшие станцию нацгвардейцы, персонал станции и четыре сталкера, оказавшихся в тот день в зоне отчуждения.
9 марта Чернобыльская АЭС оказалась полностью обесточена — из-за боевых действий была повреждена ЛЭП. В «Энергоатоме» заявили, что, если не удастся восстановить электроснабжение, без охлаждения останется хранилище отработавшего ядерного топлива и радиоактивные вещества попадут в окружающую среду.
«Ветром радиоактивное облако может быть перенесено в другие регионы Украины, Беларуси, России, Европы», — предупредили в ведомстве.
Работникам станции пришлось срочно запускать аварийные дизель-генераторы.
Начальник смены электроцеха ЧАЭС Алексей Шелестий рассказал «Настоящему времени», что это был очень сложный процесс:
— Несколько дней мы брали солярку у них (российских солдат. — Прим. ред.) и шутили: «Вот бензовоз поехал на промплощадку. Как круто! Десять танков на линии фронта останутся без топлива. Это же хорошо!»
Через несколько дней станцию удалось подключить к украинской энергосистеме. Однако, как рассказали работники станции, до этого ЧАЭС на какое-то время пришлось подключать и к белорусской энергосистеме. В Минэнерго Беларуси тогда сообщили, что работы по подаче напряжения на линии электропередачи, связывающей подстанцию «Мозырь» и объекты Чернобыльской АЭС, проведены по поручению Александра Лукашенко.
Более трех недель захватившие станцию россияне не позволяли провести ротацию работников, которые должны меняться ежесуточно. Только 20 марта с ЧАЭС впервые удалось вывезти 64 человека: сменный персонал, служащих Нацгвардии Украины (восемь женщин и одного онкобольного), одну работницу ГСЧС, а также сталкеров. На замену им отправили 46 добровольцев из числа работников станции.
Все это время бывший под прессингом персонал станции находил в себе силы не только выполнять свои обязанности, но и «устраивать политинформацию» для российских солдат.
— У нас был доступ к внутренней оперативной связи. На нее мы подключили и постоянно включали наш новостной марафон (с начала войны идет по украинским телеканалам. — Прим. ред.), чтобы они слушали, как под Гостомелем разбивают их. Они несколько раз срывали колонки, динамики, но мы подключали обратно, так как оперативная связь должна быть постоянно, — вспоминает сотрудник цеха по переработке радиоактивных отходов ЧАЭС Александр Черепанов.
31 марта российские войска покинули ЧАЭС, забрав в плен почти 170 человек — в частности, украинских нацгвардейцев, которые охраняли станцию. Кроме того, они заставили работников Чернобыльской АЭС подписать документ об отсутствии каких-либо претензий к ним, а затем разграбили станцию.
— В последний день пришли к начальнику смены станции. Положили ему такую бумагу: мол, мы держали под охраной вашу ЧАЭС, вы претензий к нам не имеете, и мы вам ее сдаем обратно. Начальник смены говорит: «Я не буду это подписывать». Тогда, говорят, если не будете подписывать, вместе с военными повезем вас в автозаках в плен. Начальник смены подписал, после этого они закрыли его в помещении и пошли ломать-крушить все кабинеты, пошел этот дерибан мародерский. Компьютеры, кофеварки, кофемолки, электрочайники — все. Ломали мебель, стулья, столы крушили. Компьютер раскурочили, винчестер забрали, а все остальное — просто сбрасывали на пол, ломали, били, — рассказывал журналистам NV дозиметрист ЧАЭС Юрий Добрицкий.
Разграблению подверглись отель в самом Чернобыле, где российские солдаты украли всю посуду вплоть до ложек и вилок, а также местная пожарная часть.
— Они несколько раз заходили на территорию части, делали осмотры на предмет наличия у нас оружия. Кое-что украли у ребят: мобильные телефоны, ноутбук, некоторое имущество подразделения, два беспилотника, — рассказал NV заместитель начальника 11-го спасательного отряда ГСЧС по имени Сергей.
Всего за время оккупации российские военные «разграбили и уничтожили» Центральную аналитическую лабораторию «Экоцентр» стоимостью в шесть миллионов евро, расположенную в Чернобыле. Было уничтожено или похищено оборудование, хранившее уникальную базу данных по радиологии и дозиметрии, собранную с момента Чернобыльской аварии.
Пострадал и Институт проблем безопасности атомных электростанций — из него пропали радиоактивные изотопы, которые использовались для калибровки приборов. Также, по словам главы института Анатолия Носовского, исчезли образцы радиоактивных отходов, в том числе и оставшиеся после расплавления реакторного содержимого четвертого энергоблока Чернобыльской АЭС.
В Славутиче из «Атомремонтсервиса» — организации, занятой в ремонте на АЭС, — пропало как минимум пять контейнеров со специальным оборудованием.
— Чтобы восстановить хотя бы тот же самый функционал, необходимо около 3 млрд гривен, это около 100 млн евро. Мы понимаем, что в условиях войны Украине очень трудно будет восполнить эти потери, — заявил журналистам замглавы Госагентства по управлению зоной отчуждения Максим Шевчук.
Глава Государственного агентства Украины по управлению зоной отчуждения Евгений Крамаренко рассказывал, что часть украденной с Чернобыльской АЭС техники находится в Беларуси — ее удалось отследить по GPS-маячкам.
— Тому, что происходило на Чернобыльской атомной станции, мы дали такое определение — ядерный терроризм. Это была первая попытка россиян в этом контексте, и она была довольно удачной. Они поняли, что мы, опираясь на безопасность и логику, не будем отвечать военными действиями в направлении радиационно опасных объектов, и они этим пользовались, — заявил Максим Шевчук.
Как отмечают специалисты, похожим образом Россия сейчас действует и на оккупированной Запорожской АЭС.
