На основе открытых данных Би-би-си совместно с изданием «Медиазона» и командой волонтеров удалось установить имена 80 973 российских военных, погибших в ходе полномасштабного вторжения в Украину. Более половины из них не были связаны с армией на момент начала войны.
Продолжается стремительный рост потерь среди военнослужащих-добровольцев, многие из которых гибнут в течение двух-четырех недель после отправки на фронт.
32-летний Никита Соловьев из города Заринска Алтайского края отправился в Украину 9 сентября 2024 года. Уже через пять дней после этого он был убит.
К добровольцам мы относим тех, кто подписал контракт уже после начала полномасштабного вторжения. Их доля в общем массиве продолжает расти и сейчас составляет 22% от общего числа подтвержденных потерь российской стороны.
Год назад — в ноябре 2023 года — добровольцы составляли только 14% от общего числа потерь.
Доля осужденных, отправленных на фронт из мест лишения свободы, наоборот, снижается. В ноябре 2023 года они составляли 26% всех потерь, а сейчас — только 18%.
Но подразделения, составленные из заключенных, по-прежнему расположены на передовой и забирают на себя часть боевой нагрузки.
Так, 13 ноября в небольшом башкирском селе прошли похороны 45-летнего Раиля Сиражитдинова, ранее дважды судимого за убийства.
Как рассказывал следователям сам Раиль, он не умел читать, писать и пользоваться мобильным телефоном. Он также не мог назвать дату своего рождения.
«Учился в первом классе два года, так как оставался на второй год. Родителям дали направление в спецшколу, однако они в школу учиться его не отправили. Никакой специальности он не получил, нигде не учился и не работал, жил в деревне с родителями. Когда родители умерли, стал жить один», — сообщается в судебных документах 2014 года. Именно тогда Сиражитдинов совершил свое первое убийство, зарезав ножом собутыльника.
В 2021 году, едва выйдя из колонии, Раиль зарезал родственника, вместе с которым он начал жить в родной деревне.
28 июня 2024 года Сиражитдинов подписал контракт с Минобороны России и отправился в Украину. Уже в августе он погиб от осколочного ранения в Донецкой области.
В официальном некрологе администрация района описала жизнь погибшего лаконично: «Судьба его была непростой, но свой долг перед Отечеством он выполнил».
Масштабное использование заключенных на фронте действительно позволило российским властям временно решить сразу несколько задач.
Во-первых, отправка заключенных поддерживала наступательный потенциал российской стороны, при этом не нанося дополнительного ущерба экономике.
Осужденные до этого все равно активно не участвовали в жизни общества и не были квалифицированными рабочими. Это отличает их, например, от мобилизованных, уход которых ослабил целый ряд секторов экономики.
Региональные тенденции
Сейчас в лидеры по числу подтвержденных потерь вышли Башкортостан, Татарстан и Свердловская область. Однако ситуация в этих регионах существенно различается.
Свердловская область поднялась на верхние строчки этого списка после начала мобилизации и массовой вербовки на фронт из колоний. В регионе работает много промышленных предприятий, на базе которых было легче проводить мобилизацию. Также в области располагается ряд крупных исправительных колоний, из которых на фронт заключенных активно забирала сначала ЧВК Вагнера, а затем и Министерство обороны.
Татарстан вошел в тройку регионов с наивысшим числом подтвержденных потерь в 2024 году. И это, в первую очередь, связано с активной работой местных волонтеров, которые собирают данные о погибших. Знакомые и родственники участников войны присылают и публикуют информацию о погибших в местных сообществах, часто сообщая о тех случаях, которые не афишировались местными властями.
Таким образом, цифра погибших из Татарстана может быть максимально близка к реальному числу погибших — выходцев из этой республики. Данные по другим регионам, напротив, гораздо менее полные, поскольку там нет столь активных волонтеров, а мы опираемся только на открытые источники информации. Жители ряда регионов Сибири неоднократно рассказывали Би-би-си о том, как местные власти оказывают давление на журналистов и родственников погибших, призывая «лишний раз не писать» о потерях.
Важно также учитывать размер населения в разных регионах, поскольку этот показатель значительно отличается. Би-би-си пересчитала число подтвержденных погибших военных на каждые 10 тыс. мужского населения в в регионах возрасте от 16 лет до 61 года.
В пересчете на душу населения по числу потерь лидируют Тыва, Бурятия и Алтай. Самые низкие показатели смертности наблюдаются в Москве и Санкт-Петербурге.
Наши подсчеты показывают, что мужчина из Тывы имеет в девять раз больше шансов погибнуть на войне, чем житель Москвы.
По меньшей мере 52% всех погибших — люди, которые не были связаны с российской армией на момент начала войны.
Реальное число людей, пришедших в армию с гражданки уже после начала вторжения и погибших на фронте, гораздо выше, поскольку мы не смогли точно определить, как именно попали на фронт 28% установленных нами погибших.
Некрологи большинства из них сопровождаются фотографиями мужчин в гражданской одежде. Следовательно, велика вероятность того, что они попали на фронт по мобилизации или добровольно подписали контракты. Однако мы не можем утверждать этого однозначно.